Амари У Тютчева учась слагать свой стих…

У Тютчева учась слагать свой стих И Баратынскому внимая чутким слухом, Я знал, что нелегко разведать тайны их И нелегко нечуждым стать им духом. Но если иногда с печальной простотой Песнь зазвучит на нетяжелой лире, То отраженною, заемной красотой Обязан я тому, что они были в мире. Что голос тот глухой, глубокий не затих С тех пор, как в сумраке средь скал дубровы финской Слова молитв своих, тяжелых и литых, Слагал угрюмый Баратынский. И Тютчев из волшебного ковша Пил ток ночной и звездной боли. И звук, которого уж боле Не будет в мире — издала душа.