Даниил Андреев Кароссе Дингре

Прозреньем безжалостным я разъял Кромешную суть твою, И всё же мой горький, горький фиал К ногам твоим лью и лью.

Не совместимо в людском естестве То, что слилось в тебе, В твоём завораживающем колдовстве, В неутолимой алчбе.

Матерь бесчисленных мириад, Плоть начальных племён, Творивших царство века назад — Тебе цитадель и трон;

И — отдающая свой порыв Любому — без слов, без дум, Каждому исполину открыв Свой пламень, разгул, самум.

Ты — поприще, на котором, гремя, Гиганты вступили в бой, — Ты, раздираемая двумя, Из коих могуч — любой.

Ты — первое из покрывал на пути К противозначным мирам, Куда мой дух взманила брести Мать Мрака по вечерам.

Преграда отброшена — и в глубине Чуть слышится, как перезвон, Хрустальный голос, поющий мне Из цитадели времён:

1950