Иннокентий Анненский Черная весна

Под гулы меди — гробовой Творился перенос, И, жутко задран, восковой Глядел из гроба нос.

Дыханья, что ли, он хотел Туда, в пустую грудь?. Последний снег был темно-бел, И тяжек рыхлый путь.

И только изморозь, мутна, На тление лилась. Да тупо черная весна Глядела в студень глаз —

С облезлых крыш, из бурых ям, С позеленелых лиц… А там, по мертвенным полям, С разбухших крыльев птиц…

О люди! Тяжек жизни след По рытвинам путей, Но ничего печальней нет, Как встреча двух смертей.