Константин Бальмонт В великом зареве

Вот, я прочел, не отрываясь Все то, что должен был прочесть, В великом зареве сливаясь Со всем, что в Звездах звездно есть.

И там, где эти свечи Рая Не достигают Красоты, Я буквы вычеркнул, стирая, Кривые выпрямил черты.

И там, где, в Вечность воплощаясь, Возникла цельно кривизна, Я долго медлил, восхищаясь, Воскликнув: «Да живет она».

И там, где в стройные колонны Сложились строки прямоты, Я стих пропел, и, многозвенны, Возникли храмы и цветы.

И там, где в очи смотрят очи, Где на звезду глядит звезда, Благословил я дни и ночи, И быть велел им навсегда.

В великой грамоте, единой, В гремящей книге Родослов, Где каждый лист взнесен пучиной, За каждой буквой сонм веков.