Наум Коржавин Грустная самопародия

Нелепая песня Заброшенных лет. Он любит ее, А она его — нет.

Ты что до сих пор Дуришь голову мне, Чувствительный вздор, Устаревший вполне?

Сейчас распевают С девчоночьих лет: — Она его любит, А он ее — нет.

Да, он ее Знамя. Она — его мёд. Ей хочется замуж. А он — не берёт.

Она бы сумела Парить и пленять, Да он не охотник Глаза поднимать.

И дать ему счастье Не хватит ей сил. Сам призрачной власти Ее он лишил…

Всё правда. Вот песня Сегодняшних дней. Я сам отдаю Предпочтение ей.

Но только забудусь, И слышу в ответ: «Он любит ее, А она его — нет».

И сам повторяю, Хоть это не так. Хоть с этим не раз Попадал я впросак.

Ах, песня! Молчи, Не обманывай всех. Представь, что нашелся Такой человек.

И вот он, поверя В твой святочный бред, Всё любит ее, А она его — нет.

Подумай, как трудно Пришлось бы ему… Ведь эти пассажи Ей все — ни к чему.

Совсем не по чину Сия благодать. Ей тот и мужчина, Кому наплевать.

Она посмеется Со злостью слепой Над тем, кто ее Вознесёт над собой

И встанет с ним рядом, Мечтая о том, Как битой собакой Ей быть при другом.

А этот — для страсти Он, видимо, слаб. Ведь нет у ней власти, А он — ее раб.

Вот песня. Ты слышишь? Так шла бы ты прочь. Потом ты ему Не сумеешь помочь.

А, впрочем,- что песня? Ее ли вина, Что в ней не на месте Ни он, ни она.

Что всё это спорит С подспудной мечтой. И в тайном разладе С земной красотой.

Но если любовь Вдруг прорвется на свет, Вновь: он ее любит. Она его — нет.

Хоть прошлых веков Свет не вспыхнет опять. Хоть нет дураков Так ходить и страдать.

Он тоже сумел бы Уйти от неё. Но он в ней нашел Озаренье своё.

Но манит, как омут, Ее глубина, Чего за собой И не знает она.

Не знает, не видит, Пускай! Ничего. Узнает! Увидит! Глазами его.

Есть песня одна И один только свет: Он любит ее, А она его — нет.

1962