Татьяна Ровицкая Емеля

1. На белом свете вечер, Звезда плывет со дна. Взгрустнула наша печка — Забыта, холодна.

Опять — заняться нечем — Емеля на печи, Ведет пустые речи, Тревожит кирпичи.

И, возносясь в мечтаньях (когда такая лень!), Он выразил желанье, Чтоб ночь была как день…

2. Эта печь — бормотунья, болтунья, В голубых, золотых огоньках, Все бормочет, как к ней подойду я, Все мечтою парит в облаках.

Говорит она странные речи — Старых сказок тревожит слова: — Молвит голосом человечьим!.. — Вышло озеро с рукава!..

— Не печалься, ступай себе с Богом!.. Помолчит и опять запыхтит: -За клубочком бежит дорога… — Заколдованный лес горит…

То про глупости человечьи, То про умные чудеса Повествует весь долгий вечер, Щурит огненные глаза.

Знать по щучьему-то веленью Ей не терпится в путь самой В трескотне золотых поленьев С дымной завязью над трубой…

3. Он на руках меня выносит Из дыма и огня. И догорает в окнах осень, Не опалив меня.

Мне заслонил глаза ладонью От страшной темноты. Но в этом гомоне и звоне Жила так долго ты!

Он руку подал мне над кручей, Как истинный герой, А я подумала: «Вот случай, Когда он не с другой».

Я оступлюсь — он весь смятенье, А ведь еще вчера Дробились щучьего хотенья Пустые вечера.

И звезды меркли, догорая Над прорубью речной… Но полнилось ведро до края Студеною водой.

И серебром звенящей речью Взлетало к небесам: -Пусти на волю, человече, И волен будешь сам!