Анатолий Жигулин Больше многих других потрясений...

Больше многих других потрясений, Что отпущены щедрой судьбой, Помню солнечный день предвесенний, Помню город разрушенный мой.

Бело-розовый, зыбкий — от снега. От кирпичных разрубленных стен, — Он теснился до самого неба, Словно в белом тумане летел.

Незнакомый, притихший, суровый — Словно призрачный дымный погост… А вдали золотился сосновый, Наведенный саперами мост.

На ступенях знакомого спуска, Ах, как сердце забилось тогда! Вот и домик на улице узкой… Но была за углом пустота…

Только виделись дальние дали — Необычно, просторно, светло. Только черные птицы летали И поземкой с обрыва мело.

Тополей обгорелые руки. Обнаженный пролет этажа… В первый раз Содрогнулась от муки Защищенная детством душа.

1972