Мирра Лохвицкая В час полуденный

Бойтесь, бойтесь в час полуденный выйти на дорогу, В этот час уходят ангелы поклоняться Богу. Духи злые, нелюдимые, по земле блуждая, Отвращают очи праведных от преддверья рая.

У окна одна сидела я, голову понуря С неба тяжким зноем парило. Приближалась буря В красной дымке солнце плавало огненной луною Он — нежданный, он — негаданный тихо встал за мною.

Он шепнул мне: «Полдень близится, выйдем на дорогу, В этот час уходят ангелы поклоняться Богу В этот час мы, духи вольные, по земле блуждаем, Потешаемся над истиной и над светлым раем.

Полосой ложится серою скучная дорога, Но по ней чудес несказанных покажу я много». И повел меня неведомый по дороге в поле. Я пошла за ним, покорная сатанинской воле.

Заклубилась пыль, что облако, на большой дороге. Тяжело людей окованных бьют о землю ноги. Без конца змеится-тянется пленных вереница, Все угрюмые, все зверские, все тупые лица.

Ждут их храма карфагенского мрачные чертоги, Ждут жрецы неумолимые, лютые как боги. Пляски жриц, их беснования, сладость их напева И колосса раскаленного пламенное чрево.

«Хочешь быть, — шепнул неведомый, — жрицею Ваала, Славить идола гудением арфы и кимвала, Возжигать ему курения, смирну с киннамоном, Услаждаться теплой кровию и предсмертным стоном?»

«Прочь, исчадья, прочь, хулители!, — я сказала строго, — Предаюсь я милосердию всеблагого Бога». Вмиг исчезло наваждение. Только черной тучей Закружился вещих воронов легион летучий.

Бойтесь, бойтесь в час полуденный выйти на дорогу, В этот час уходят ангелы поклоняться Богу, В этот час бесовским воинствам власть дана такая, Что трепещут души праведных у преддверья рая!